19 мая 2024  08:28 Добро пожаловать к нам на сайт!

Литературно-исторический альманах

Русскоязычная Вселенная выпуск № 23 

от 15 июля 2023 г.

Русскоязычная Прибалтика

 

Елена Копытова

Елена Копытова родилась и живёт в Риге. Окончила юридический факультет Московского государственного индустриального университета, магистратуру рижского Института транспорта и связи. Преподавала в вузе правовые дисциплины. Растит сына. Стихи пишет со школьных лет. Автор ряда печатных («Крещатик», «Даугава», «Рижский альманах», «Письмена», «Этажи», «Глаголъ», «Слова и смыслы», «Метаморфозы», «Витражи» и др.) и сетевых («45 Параллель», «Эрфольг», «Русский переплёт», «Буквица», «Тропы» и др.) публикаций стихотворений. Автор нескольких поэтических сборников. Призёр и лауреат ряда международных литературных конкурсов. Обладатель премии и звания «Серебряное перо Руси» в номинации «Поэзия» (2016 год). Лауреат национальнойлитературной премии  «Поэт года» (2019 год). Член Балтийской гильдии поэтов. Помимо поэзии увлекается мобильной фотографией и спидкубингом (скоростной сборкой «Кубика Рубика» и других головоломок). Любит воздушный экстрим и велосипедные прогулки, сосновый лес и Балтийское море.
 

СТИХИ

 

Игра в солдатики

 
1.
В песок уходит время окаянное,
а жизнь земная тоньше волоска.
Солдатиков фигурки оловянные
передвигает властная рука.
Один упал... другой...
Не нужен Вечности
очередной бесславно павший Рим.

– Давай поговорим о человечности!
Пожалуйста, давай поговорим!

2.
Казалось бы, простая математика –
часы стоят, когда кругом – вчера.
Но Некто, заигравшийся в солдатиков,
бессмертен. Не кончается игра.
Дотла сгорают храмы и отечества.
Кровавый след рисуя на песке,
всё катится куда-то человечество...
И чья-то жизнь висит на волоске.

18. 02. 2023
 

По скользкой колее

 
Зима дыханье превращает в пар.
Заледенела времени пружина.
Нас всех везёт трамвай, идущий в парк.
Мы все здесь поневоле пассажиры.

Что видно из замёрзшего окна?
...Лишь на стекле проталину продышишь,
в просвет посмотришь – родина видна!
Укутал снег поехавшие крыши.

И мысли пробегают впопыхах,
как тень войны, не названной войною:
"пусть каждому воздастся по грехам...",
"как быть с такой немыслимой виною..."

Со всеми едешь? – Рта не раскрывай!
В тупик везёт нас долбанный трамвай.

В окне просвет, но мир ещё слепой,
не видящий реальной обстановки.
На крышах снег. Трамвай идёт в депо.
По скользкой колее без остановки...

23.12.2022
 

Без права пересдачи

 

Не всё, что разбивается, – на счастье.
Не всё привычно рвётся там, где тонко.
Краснеет росчерк счастья на запястье
царапиной, оставленной котёнком.

Знакомый свитер неба, зацепившись
за телебашню, машет рукавами.
Всего, что отболело, не случившись,
не оживить догадками, словами...

Зато с тобой – твои весна и лето.
Прогнозы, ожидания, неврозы,
запреты, сигареты и рассветы...
Снег на подошвах... Яблоки с мороза...

Подобной ерунды – в переизбытке.
Твоё – с тобой. Но вот же незадача! –
На всё про всё дана одна попытка.
Жизнь как зачёт. Без права пересдачи.

05.11.2022
 

Сон

 

Через город незнакомый ты идёшь, не зная броду.
Не поймёшь, что происходит. Неизвестно, чья вина.
Мир похож на субмарину, уходящую под воду -
жуткий образ из дурного и навязчивого сна.

На душе темно, чердачно. По углам скребутся кошки.
Здесь кривое зазеркалье - всё не так, наоборот.
Снится: в гулком переходе ты играешь на гармошке
для невидимых прохожих, что воды набрали в рот.

Всё на первый взгляд нормально. Воздух жареным не пахнет.
...Прилетит к тебе "волшебник" (извини, без "Эскимо") -
падший ангел - бывший лучник, упорхнувший с гауптвахты.
И расскажет - всё, что видел, всё, что вымолвить не мог...

Бросит, горько усмехнувшись: "Знаешь, сам я олух полный!"
Но обоим вам до боли будет ясно, чья вина.
Он прошепчет: "Там я видел: распускается подсолнух,
а в горячей сердцевине вызревают семена."
У него отбиты крылья. И в зрачках его - руины.
Но во взгляде - не покорность, а готовность лечь костьми...

И тебе всё чаще снится, что всплывает субмарина.
Зреет семя. Будет время. Будет правда. Будет мир.

29.07.2022
 

Чужая беда

 

Если б каждому встроить в сердце такой движок,
чтобы знал человек: не бывает беды чужой...

Неприглядная правда всегда – неугодный «миф».
(Не пристало страдать, когда приходящим в мир
вид на жительство дан на очень короткий срок).
Не порок, что ты в отечестве – не пророк.

Не порок молчать, не веря в свою вину.
Человек молчит, покорно идя ко дну.
Он, как все. О нём не скажут: «Не повезло».
Воевать за правду – трудное ремесло.

Сколько лжи писалось вилами на воде –
всё вросло в мозги, не вырубишь топором.
Человек идёт вперёд по чужой беде...
Перекрестится ли, покуда не грянул гром?
Но скорее свистнет рак на пустой горе...

«Не моя вина. И беда не в моём дворе.
Мне такая ноша, право, не по плечу.
Не ропщу. Молчу. И большего не хочу».

28.04.2022
 

Мой город жив

 

Мой город жив. – До дна ещё не выпит,
не продан иноземцу «с молотка».
Он сиротлив (хотя, пока – не Припять).
Здесь время крутит пальцем у виска.

Здесь – родины, которые свернулись
в тугой клубок и намертво вросли
в евклидово пространство тесных улиц,
в неровное дыхание земли.

Здесь «наше всё» – прокуренная «двушка»,
где спорят обо всём, что на слуху.
Тут даже осень курицей-пеструшкой
опять несёт сплошную чепуху,
твердит, что время лучшее настанет.
Ей невдомёк, что вовсе не смешно,
когда в «тик-таке» слышится: «Ти-та-ник»,
и, кажется – душа идёт на дно.

Уходит вглубь, и свет её неяркий
чудесные рождает миражи,
как будто солнце, в космосе заварки
кружком лимона плавая, дрожит.

И мы стоим, подставив свету лица,
и каждый ждёт чего-то своего.
Глядишь (как князь Андрей – под Аустерлицем)
на небо... И не видишь ничего.

Всё так же, как всегда. Ничто не вечно.
Мой город жив. Пока – всё на местах.
Всё так же Бог случайных человечков
стирает школьным ластиком с листа.
 

Нащупать пульс...

 

Тихим вздохом или волной сумбурной
оживай, пытаясь облечь в слова
то, о чем не скажешь литературно...
Смотришь в небо. Кружится голова.

Выше – Вечность. Ей рапортует Город,
сам накрытый тьмой с головы до пят,
будто он по улицам-швам распорот,
наизнанку вывернут и распят. –

Навидался всяческих безобразий.
Здесь ломались копья, свистел свинец.
Выбивались «в люди» (из грязи – в князи)
те же – льстец, подлец, на-душе-игрец...

Да какого лешего – брат на брата?
Чтоб потом скандировать: «Чья вина?»
...И пустое место бывает свято. –
На поминках. Зыбится тишина.

Ты молчишь, привычно считая раны
от фальшивых слов и случайных пуль.
Выше Вечность чуткой дрожит мембраной. –
Просто тронь рукой и нащупай пульс.

15.12.2019
 

Общий знаменатель

 

Сквозь тюлевый туман проглядывает профиль –
в светящемся окне на верхнем этаже...
Опять спешат часы. Глотая крепкий кофе,
ты думаешь, что всё – по полочкам уже.

Во лбу твоём горит след яблока Ньютона –
заветная печать – как горе от ума.
А где-то есть огни Москвы и Вашингтона.
И где-нибудь сейчас свирепствует зима.

И ты наврёшь себе (так врут часы и люди)
с три короба и сам поверишь в ерунду –
мол, даже сам Творец совсем тебя не любит,
как будто тяжкий грех на всём твоём роду.

Ведь кто ты для Него? Солдатик с патронташем? –
Не помнящий родства, один из рядовых...
И делим мы людей на «наших» и «не наших»,
а время делит всех на мёртвых и живых.

Едва ли ли стоит ждать, что вдруг придет Спасатель
и скажет: «Не убий!» – сомнительный запрет.
И вряд ли мы найдём тот общий знаменатель,
который не нашли за сорок тысяч лет.

Спешащие часы угомонить не пробуй...
Над гулом городов, за шторой синевы,
незримая рука раскручивает глобус –
летят, летят огни Нью-Йорка и Москвы...

26.09.2020
 

Один из нас

 

А в Поднебесной, окрасив пагоды,
закат уходит за край Земли.
Глядит с прищуром, как солнце падает,
десятилетний "философ" Ли.

Все пожелтеем мы и прищуримся
за пару сотен грядущих лет.
Смешон вопрос о яйце и курице –
мы все вторичны, здесь первых нет.

До нас тут жили. Любили. Спорили.
Ругали власть (утешенья для?).
И потрошили свою историю,
как будто можно начать с нуля.

Придут другие, на нас похожие.
Даст Бог, отпразднуют новый век.
Здесь всё исхожено. Подытожено.
Но не разучится Человек
с нуля историю переписывать,
вмещая вехи в обрывки фраз.

...Глядит на солнце над рощей тисовой
китайский мальчик. Один из нас.

22.01.2022
 

Болванчик

 

Время сидит на дороге
китайским болванчиком
и плетёт корзину
из оторванных от солнца лучей.
В его бамбуковом сердце
тлеет зола.

А за тисовыми рощами,
за конфетными обёртками красочных пагод
есть жёлтая радуга,
по которой гуляет девочка Жизнь.
На её ладони тает тёплый шербет,
а в кармане у нее – зёрнышко риса,
в котором живут воспоминания о том,
что раньше она была мудрой
и лучилась морщинами.

А за шелками рисовых полей
есть уродливое сухое деревце,
под которым сидит мудрая Смерть.
Она перебирает чётки артритными пальцами,
а в кармане у неё – ягода тиса,
в которой живут воспоминания о том,
что раньше она была солнечной девочкой
с жёлтым именем Жизнь.

…а болванчик качает головой:
так тебе, так! –
тик-так, тик-так…

2012-2013
 

Луговое

 

 
Выглядит странно и чуть смешно
ветер, гадающий на ромашке.
Ветру-паломнику всё равно,
чем ты живёшь, человек-букашка.

Всё очевидно – успеть, суметь…
В тёплую почву упало семя.
Рядом косой просвистела смерть.
Чутко дрожит колокольчик-время.

Только родился – шмели-волхвы
дружно слетелись на «три-четыре».
– Горечи ищеш-шь? Полынь-травы
 хватит тебе на лугах Сибири.

Мир этот, в общем, не так и плох
(если глядеть в небеса в июле).
Ветер гуляет, как скоморох,
где-то в Париже и Ливерпуле.

Солнце густеет, как спелый мёд.
Сохнет трава на лугах горячих.
Трудно представить, что всё пройдёт…
Ты не грусти, что хотел – иначе…

2018
Rado Laukar OÜ Solutions