15 апреля 2024  22:04 Добро пожаловать к нам на сайт!

Альманах

Русскоязычная Вселенная № 25 январь 2024 г.

Русскоязычная Прибалтика

 

Михаил Петров

Неоднократно публиковался в нашем журнале

Утюжок

 

Поверье о необычных свойствах «Утюжка» имеет собственную предысторию.
Одна из таллиннских достопримечательностей — «Поцелуева горка», по-эстонски Musumägi. Поцелуева горка — часть срытого старинного бастиона, протянувшаяся вдоль нынешнего Пярнусского шоссе. Бастион был прорезан Глиняной улицей (нем. Lehmstraße), ныне улицей Виру, проходившей сквозь Глиняные ворота, ныне ворота Виру.
Сама горка в плане похожа на пирамиду и разделена на две части. Левая часть основания срыта и превращена автомобильную стоянку. Правая часть отделена проходом, в средней части которого устроена небольшая гранитная лестница, спускающаяся с горки и расходящаяся под прямым углом по сторонам. Отделённая от основания пирамиды часть называется «Утюжок». Сегодня это обнесённый оградой крохотный сквер с фонтанчиком.
Между бастионной горкой и Русским рынком некогда можно было найти с полдюжины складов и того более трактиров и кабаков, венчающих картину деловой части города. При совершении записи откупщик присягал на Евангелии и целовал святой крест. Отсюда целовальник — присяжный человек при рыночных весах или складе, или винный откупщик в кабаке, а то и просто сидельщик вместо хозяина, хоть бы он и не присягал вовсе. Именно это обстоятельство — скопление в одном месте складов и кабаков определяет историю топонима «Поцелуева горка».
Район нынешней площади Viru представлял собой транспортную развязку, с которой начинались дороги в сторону Пярну, Тарту, Нарвы (Санкт-Петербурга). В 1888 году запустили конку — трамвай на конной тяге. На Русском рынке была устроена развилка. Приходящая со стороны Екатериненталя (Кадриорга и Нарвы) колея поворачивала налево в сторону Яновой церкви и направо в сторону Ратуши и Шведского рынка. Рядом с развилкой на Русском рынке построили часовню Святого благоверного князя Александра Невского, на городских планах она обозначена как Wene kirik, т.е. Русская церковь.
В русской традиции поцалуева горка, поцалуев мост, поцалуев кабак — это традиционные названия прощальных мест. Отсюда целовальщик и целовальщица — любители лобызаться. Русские люди лобызаются при встречах и при расставаниях, на трезвую голову, и в подпитии — традиция! Таллиннская Поцелуева горка— это и память о транспортной развязке, и о купеческих складах, и о кабаках, а ещё место встреч и расставаний. Я застал те времена, когда «Утюжок» при горке был излюбленным и естественным местом встречи горожан. Договариваясь, достаточно было назвать время, и было понятно, что местом встречи назначен «Утюжок». На нём же, как правило, и расставались.
Так что наша Поцелуева горка — это не место, где 365 дней в году справляют день Святого Валентина, а сакральное место нечаянных встреч и неизбежных разлук. В поцалуеву ловушку угодил даже лидер Центристской партии, мэр Таллинна и неоязычник (хлыст) Эдгар Сависаар, установивший новую городскую традицию: торжественную встречу астрономической весны на Поцелуевой горке. Топоним «Поцелуева горка» сегодня связывают с разбитым на горке тенистым садом, в котором некогда было много укромных уголков для романтических объятий и поцелуев. А я и сам в молодости использовал горку именно в этих целях, хотя уже тогда знал о связанном с ним старинном городском поверье.
Если встать на ступеньке лестницы, спускающейся с Поцелуевой горки к Утюжку, и простоять на ней достаточно долго, то можно увидеть внизу людей, с которыми давно не встречался. Если окликнуть знакомого и он обернётся, значит живой, если же пройдёт не обернувшись, покойник. Поверье работает, по крайней мере, в отношении живых, хотя транспортные развязки, скорость и ритм жизни, наконец, пути ежедневной миграции горожан значительно изменились.
Начиная с 50-х годов прошлого века, в центре города можно было встретить экстравагантно одетую даму. Говорят, это была свихнувшаяся дочь известного таллиннского фабриканта или жена бывшего хозяина модного магазина. Я часто встречал её в середине 70-х годов, когда она была уже в почтенном возрасте. Дама в затейливой шляпке, одетая в ярко жёлтые шаровары при вычурной блузке и кедах, с непременно раскрытым зонтом, как нож масло прорезала любую толпу в любом направлении. По советским временам жёлтые шаровары при кедах и шляпке невообразимого фасона резали глаз. Теперь мало кто из горожан обратит внимание на такие экстравагантности.
Придерживая на плече объёмистую сумку ядовито-зелёного цвета, она спускалась по улице Виру, огибала Утюжок и шла вверх по Пярнускому шоссе в сторону магазина «Детский мир». Лишь однажды я встретил её на пешеходном переходе у гостиницы «Palas». Когда история была опубликована в интернете, мне написал старинный приятель Иосиф Малкиэль:
«Даму я прекрасно помню. Иногда она накидывала на себя что-то вроде рыболовной сети. И часто в руках у неё был фантастический зонт. И даже ковыляющую её походку помню. Но видел я её чаще всего на Тынисмяги. Она ярким пятном спускалась по направлению к консерватории. Я считал её легендарной городской сумасшедшей».
И я вспомнил: вычурной была не блузка, но ажурная серая шаль с крупной ячейкой и кистями. Полагаю, со временем читателям вспомнятся и другие наряды, и маршруты знаменитой таллиннской модницы, однако все они так или иначе будут связаны с Утюжком и Поцелуевой горкой. А теперь собственно история.
Случилось это весной 2010 года, в самом начале мая. Был шестой час пополудни. Иду я, значит, на приём в российское посольство. Путь мой лежит сквозь торговый центр Viru в сторону одноименной улицы. От Утюжка меня отделяет Пярнусское шоссе. Внезапно вижу, как на противоположной стороне улицы дама, которой и в живых-то быть уже не должно, огибает «Утюжок» и быстро идёт вдоль Поцелуевой горки в сторону Площади свободы. Светофор открывается и пытаюсь догнать её, но дама с зелёной сумкой на плече теряется в толпе сразу же за автобусной остановкой.
Примите на заметку: если вы будете терпеливы и внимательны, возможно, вам повезёт увидеть нашу модницу. Тогда вам будет что рассказать в компании за чашкой кофе или кружкой пива.
* * *
Для меня Поцелуева горка и Утюжок ассоциируются со стихотворением Зинаиды Гиппиус «Идущий мимо» из парижского сборника стихов 1938 года «Сияния». Лет тридцать назад в Москве мне в руки попал один из двухсот экземпляров (!) «Сияний» в безупречном состоянии, даже странички не были разрезаны. Осторожно приоткрыв обложку, я прочёл обрывок текста, который сразу же заворожил меня:
У каждого, кто встретится случайно
Хотя бы раз — и сгинет навсегда,
Своя история, своя живая тайна,
Свои счастливые и скорбные года.
Какой бы ни был он, прошедший мимо,
Его наверно любит кто-нибудь...
И он не брошен: с высоты, незримо,
За ним следят, пока не кончен путь.
Как Бог, хотел бы знать я все о каждом,
Чужое сердце видеть, как своё,
Водой бессмертья утолить их жажду —
И возвращать иных в небытие.
Книжку пришлось вернуть на прилавок, потому что её цена в полтора раза превышала мою месячную зарплату, но очарование тех слов — сияний, не рассеялось до сих пор. Перефразирую:
И возвращать иных из небытия…
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Rado Laukar OÜ Solutions