24 июня 2024  13:55 Добро пожаловать к нам на сайт!

Русскоязычная Вселенная 

выпуск № 18 от 15 апреля 2022 года

Русскоязычная Белоруссия

 

Юрий Сапожков

 

Юрий Михайлович Сапожков (1940-2013) — русский по рождению, белорус по духу, поэт по призванию — остался в памяти не только как блестящий журналист. Он — автор ярких литературных эссе о белорусской литературе, переводов отечественных и зарубежных мастеров поэтического слова и, конечно, тонкий лирический поэт. Последний сборник Юрия Сапожкова — «Дай пламени у пламени остыть» (Стихи о любви) — вышел уже без него.

Материал подготовлен Редактором Алексеем Рацевичем

 

СТИХИ

 

Расплата

 

Я птиц любил.

А их ловили кошки.

Но кошки ластились,

и я им все прощал.

Скворечни вешал, не жалел и крошек,

Но все же птиц и небо предавал.

И вот итог моих ошибок прежних:

Сам ненароком когти проглядел.

Живу один, пустой, как та скворечня,

В которую никто не прилетел.

 

Точка невозврата

 

Уйти от старых берегов,

Как уходил уже когда-то...

Есть в обиходе моряков

Понятье — точка невозврата.

 

Теперь уже в последний раз!

Что впереди — успех, утрата?

Есть в жизни каждого из нас

Такая точка невозврата.

 

И, как ни медли, предстоит

Тебе решить — что ложь, что свято,

Расслышать, что душа велит

Пред этой точкой невозврата.

 

Когда назад уже не сметь,

И время надвое разъято.

И что-то гонит, как на смерть,

Тебя за точку невозврата.

 

Отец

 

Отец мой там, где листьев всхлипы

Над свежекрашенной оградой,

Отец мой там, где корни липы

Вчера обрублены лопатой,

День новый ясной мыслью начат:

Там холодно, темно и влажно.

Но там отец, и это значит,

Что уходить туда не страшно.

 

Наталье Гончаровой

 

Я камня на неё не поднимал.

Не убивал язвительною речью.

Поймите, наконец,-- на Чёрной речке

Ведь он её под пулей оправдал!

Наедине подумайте об этом.

И острый камень да минует цель.

Не суесловьте о жене поэта:

Он вас не может вызвать на дуэль.

 

Дни рождения

 

Незримая есть в жизни полоса,

Подвластная закону ускорения,

Когда очередные дни рождения

Начнут мелькать, как спицы колеса.

Становится вместительней твой дом,

Обильнее питьё и угощение.

А разговор о возрасте твоём

Искусен, будто мостик над ущельем...

 

Ночная тишина

 

Жизнь катится, чуть прогибая оси.

Сентябрь, октябрь, ноябрь на перелом.

В который раз уже трёхтомник осени

Выходит в свет огромным тиражом.

Вновь так желанна в городе большом

Мысль о побеге в деревеньку дальнюю –

Там звуки носят мягкие сандалии

Или бесшумно бродят босиком.

Очнулся дождь и перешел на шепот.

Он что-то шепчет мне о ноябре.

Морозец ночью сможет ли заштопать

Зияющие лужи во дворе?

Я привожу в порядок мысли давние

По праву возраста...

Я очень тороплюсь:

Вдруг, как минер, не выполнив задания,

На тишине бессониц подорвусь!

Какая ночь!

С одной звездой-пробоиной.

Мне говорил знакомый старшина:

«Страшна, конечно, тишина до боя.

Страшнее — после боя тишина...»

Жизнь катится...

 

Завещание отца

 

Меня бессмертьем Родина

Посмертно наградила.

Отверстие для ордена

Мне пуля просверлила.

Жизнь принимал в открытую,

И встретил смерть не в спину.

Шинель свою пробитую

Прошу отдать я сыну.

Испытанная, давняя

Примета мне известна:

Не быть двум попаданиям

В одно и то же место.

 

Море

 

Грустное, конечно, это дело —

Уезжать в хорошую погоду.

Море к нам ещё не охладело,

Но последний раз мы входим в воду.

Что ж, прощай.

Горячей солью буден

Душу бередит уже и полнит.

Грустно, что мы море не забудем

Так же, как оно нас не запомнит.

 

 

***

 

Твои уже недетские успехи

Я принимать и понимать устал.

Мне остаётся в том искать утехи,

Что я в тебе утехи не искал.

Нет, не искал. Что это за нелепость

Брать приступом уловок и речей?

Ведь красота, она совсем не крепость —

Не брать её, а — сдаться перед ней!

 

Строка

 

Не по томам, что на лотке

Покоятся горою,

Поэта ценят по строке,

Единственной, порою.

Миры раздумий и страстей

Она одна вбирает.

Бывает, что и жизни всей

На строчку не хватает...

 

Тадж Махал

 

Моей матери — Покровской В.С.

 

В этом темном лесу,

Где всю жизнь я блуждал

Между злом и добром,

Настоящим и ложным,

Набредя провидением на Тадж Махал,

Заблудиться уже невозможно.

 

Драгоценными блесками мрамор цветет.

Неподкупен дозор четырех минаретов.

Бело-свадебных сводов бесплотный полет

Над Джамуной-рекой,

Над безбрежьем рассветов.

 

В полнолунную ночь мрамор чуть голубой.

Лебединая песня разлуки витает.

Здесь идущий на смерть

Укрепится душой.

Зло приветивший сердцем оттает.

 

Кто-то совесть твою вопрошает: что ты?

Как ты жил, заслужил ли прощенье?

Может, в этом и есть божий смысл красоты —

Просветление и искупленье?

 

Ты поймещь перед тем, как сойти в мир теней:

И тебе тот завет был наказан —

Всей любови твоей,

И всей скорби твоей

Мавзолей ты построить обязан!

 

Сердце людям открой, донеси и сложи

Из страданий свое мирозданье —

Завещанье;

Спасение грешной души;

Утешение и оправданье.

 

 

 

 

Rado Laukar OÜ Solutions