21 июня 2024  10:11 Добро пожаловать к нам на сайт!

Литературно-исторический альманах

Русскоязычная Вселенная выпуск № 22 

от 15 апреля 2023г

Русскоязычный Израиль

Борис Губерман

 

Губерман Борис Михайлович (литературный псевдоним Георгий Витязь) родился 23 апреля 1945 года в городе Баку (Азербайджан). Окончил факультет журналистики Азербайджанского государственного университета им. С.М. Кирова. Работу в качестве корреспондента городской газеты “Маяк” г. Али-Байрамлы начал до поступления в университет в 1967 году. В дальнейшем работал в газетах Баку и Сумгаита. Литературной деятельностью занялся после окончания школы. Таким образом мой творческий возраст на сегодня превышает 50 лет. Из великих встречался с Евгением Александровичем Евтушенко, встреча с которым и определила всю дальнейшую творческую судьбу. И, вообще, мне нравится писать живые стихи. За время проживания в Израиле уже издано 15 книг в различных издательствах – “ЭЛЬБРОН” (Израиль), ”LAMBERT” (Латвия-Германия) и “Серебряная роза” (Москва), в издательстве STELLA  Международной Гильдии Писателей (Германия). Кроме того, мои стихотворения публиковались и в периодической печати и знаковой для меня стала публикация в журнале “LiteratuS” – “Литературное слово” (Финляндия). Участник 33-ей Московской Международной Книжной Ярмарки, где был представлен книгой стихотворений “Потерянное сердце”, выпущенной издательством Ridero (Екатеринбург, Россия). Наряду с этим знаковым явлением в моём творчестве стал перевод моей книги “Наедине с социализмом или в двух шагах от …” на английский язык ирландским переводчиком Ронаном Квинном, выпущенной в свет издательством LAMBERT в 2021 году. В русской и английской версиях в издательстве LAMBERT ранее, в 2019 году также вышла моя книга “Концепция: общественно-экономические формации и сопутствующие им рынки”. Нынешний мой статус – поэт, писатель, публицист, изобретатель, фотограф. Финалист Международного литературного конкурса “Возлюбленные Музы” 2021 (Болгария). Лауреат премии Союза Писателей Северной Америки “Турмалиновый самородок”. По договоренности с издательством LAMBERT в нынешнем 2022 году уже выпущена моя книга “История Армении глазами неармянина”. Автор перспективной и не имеющей аналога Экономической модели

Материал подготовлен редактором рубрик «Поэты и прозаиками Санкт-Петербурга» и «От Прибалтики до Тихого Океана» Феликсом Лукницким 

 

СТИХИ

 

 Из сказки ты повенчана со мной

 

Я украду тебя из башни без ступеней,

Любимая! ты только мне позволь,

Таких,

Как ты,

Спасают из темницы

И за тебя себя не берегут.

Поверь же мне,

Что обладать тобою

Есть высший приз,

Доверенный судьбой,

Чтобы однажды вместе с Сивкой-Буркой

Поверить в недосягаемость твою.

Щелчок кнутом

И мы взлетели ввысь,

Где ты одна,

Где только мы с тобою,

И прочь тоска,

Которая слетает,

Как ты из башни на моем коне.

Сегодня час загаданных чудес,

Мы на коне

И только время властно

Соединить две судьбы,

Как одну,

И та,

Из башни,

Станет мне судьбою.

Жизнь такова,

Что нужно совершать

И безрассудства –

Это тоже выход,

И та звезда,

Что нам с тобою светит,

Она лишь освещает нашу жизнь.

 

     Ты береги себя

 

Ты береги себя!

Мне жизнь твоя милей,

С ней благостные чувства проступают,

Они потоком страстным изливаются

И вместе с ним с собой уносит вдаль.

Там хорошо,

Где нас с тобою нет,

Пусть говорят,

Но жизнь для нас милее

И там,

Где мы,

Из кущи вырастают

Прекрасные деревья и цветы.

Ты береги себя,

Ведь чтобы любоваться

С тобой нас окружающей красой

Необходимо жизнепонимание,

Ты – красость,

За которой только жизнь.

Я не пою,

Я слушаю тебя,

Откуда-то желаний ветер веет,

Ты береги себя,

Мы выдюжим,

Мы вместе

И ты поэтому дороже остальных.

Ты береги себя…

 

     Поют стремления

 

Пропой!

Мы слушаем тебя,

Есть знак и воля,

Поющий песню ждет наград,

Что в том худого?

Какие страсти выдаст он?

А так ли важно?

У победителей учись

И будут званья.

У входа выстроились в ряд

Все претенденты,

Им высший приз лишь подавай,

К чему сомненья.

Есть вера – Я,

Есть вера – Я,

Она все значит,

Ты,

Возжелавший,

Так и быть,

Тебя к закланью.

Ведь первый приз,

Ведь главный приз –

Он – осиянный,

А то,

Что ты

Уж все достиг,

Не столь уж важно.

 

     Кому нужна свобода

 

Я ухожу из дальних мест:

Одни тревоги,

Я возвращаюсь вновь туда,

Где ждут свободы.

Хвать за кусок,

Большой кусок,

Кусок свободы,

А тот кусок уже трещит:

Одни невзгоды.

Желаете постичь судьбу –

Да ради бога,

Играет на рожке пастух

Свои тревоги,

В них затерялась навсегда

Твоя свобода,

Но делать ничего нельзя:

Влияют боги.

Какой удел от тех свобод

Никто не знает,

Зато орут

И слово “Дай!”

Все заглушает.

Какой же прок от тех свобод?

Есть мельтешенье,

Орут?

Пускай себе орут,

Хоть есть сомненья.

Бравада выстроилась в ряд,

Живут мечтанья,

Что до свобод…

Ату, его,

Есть хороводник

И сколько мнений –

Столько тем,

Звенят медали.

Их раздают

И это все

Для возжелавших,

А хороводник водит круг,

Аж, задыхается,

И ждет,

Он ждет себе свобод:

Он жаждет власти.

 

     Хочу одуванчиков

                   Лариса Лукашевская

 

Хочу одуванчик,

Пушистость,

Дотронуться так,

Чтоб не сдулось,

Чтоб белые легкие венчики

Остались бы-таки повенчаны,

Цыплячую желтость храня.

Я в их целомудренность верю

И верность храню,

И лелею,

Чтоб только они оставались

Повыше травы однотактактной,

Не собираясь в абстрактные,

Пушистые и очень понятные,

Под разною плоскостью зрения

Шарики мои белые-белые,

Притягивающие своей цельностью

В их геометрической ценности

На зеленом газоне травы.

Я верующий в цельность и значимость

Стараюсь поддерживать призрачность

Белых совсем одуванчиков

И не затрагивать их значимость

В целостной их красе.

Мне радужностью ответит росинка,

Которая неудержимо

Сползет по стеблю травинки

Знаковая и значительная

На утренний моцион.

 

     Превентивная

 

Вы – превентивная,

Вы ждете лишь подвохи,

Готовы к нападенью всякий раз,

Когда не так в ответ вам бьется сердце,

А вы все ждете эти все не так.

Кто не открыл вам счастье?

Где тот ключ,

Который открывает людям счастье,

Когда пред вами целый мир

И страсти,

Веcь этот мир, рождающий любовь.

Вы ж от любви не ждете ничего,

А этот мир открытий дома знаний,

В которых жизнь утраченных ненастий,

О коих беспокоились всю жизнь.

Вы – превентивная,

Для вас подвохи – жизнь,

В красивых красках нет для вас спасенья,

Вы ожидаете лишь только нападения,

Но от кого,

Не ведомо и вам.

Да будет час,

В котором бытие,

В котором жизнь не страшна,

Не убога

И превентивность вам же отольется,

Величием открывшихся сердец.

Открыт удар,

А это лишь хлопки,

Но ваша превентивность под ударом,

К вам с сердцем,

В коем обретете столько счастья

И это счастье с вами в унисон.

 

     Волшебство

 

  Твори сегодня волшебство,

  Живи и радуйся мгновеньям,

  А с верой в лучшее светло…

  Опять с призывом к небесам

                      Грета Локота

 

Сегодня день для волшебства,

Когда с заявленною статью

Вошла…

И на душе весна,

С которой так светло и ясно.

Ты в красоту свою поверь,

Ведь боги для того и боги,

Чтоб оценить твою душевность,

И я в нее поверить смог бы:

Она – моя!

Она – моя!

Открыта дверь в твои миры

Такие дивные,

Резные

И ты стоишь на высоте,

Как возносимая над сутью.

Открыта дверь в твои миры,

Я в них участьем околдован,

Как на взошедшую зарю

На волшебстве ее замешанной.

Ты озарила целый мир,

Мой мир,

Который сутью крашен…

 

Когда-нибудь мы вместе будем

На мир сквозь двери те смотреть

И восхищаться тем блаженством,

Что озарилось торжеством.

 

     Улыбки жизни

 

Я представляю детские улыбки,

Открытые всем радостным сердцам,

Которые ответствуют улыбкам

И предлагают радостное им.

Наверно в тон зажглась звезда большая,

Она на всех,

Поскольку любят свет

И озаряет всех великим светом,

И в этом свете тысячу сердец.

Открытые всем чувствам и словам,

От коих нам добра полным сочится,

Что раскрывает радостные лики

Навстречу звездам,

Что несут всем свет.

Пусть говорят улыбки,

Тесен мир,

И он улыбки эти всем приветит,

И яркие картиночки раскрасятся

В совсем необычайные цвета.

В открытые улыбки светит свет,

Он как ключом откроет все страницы,

В которых жизнь счастливейших улыбок,

В которых радость

Под названьем жизнь.

 

     На юга

 

На юга махнуть,

На юга,

Каждый юг –

Сторона другая,

Где на море такая стать,

Берег,

Волны

И прочие блага.

И ладонью бросая в волну

Брызги,

Поднятые рукою,

Начинаешь читать стихи

Против ветра,

Сочиненные стоя.

Темы море тебе говорит,

Вот скала,

На медведя похожая,

Тишь такая,

Что волком завоешь,

Если душу родную не встретишь

И душе не расскажешь себя.

А потом на вечерней зорьке

Взгляд такую увидит красу,

Засиявшую остаточным солнцем,

Этот вечер – подарок тебе.

Это как бы увидеть Опатию*

Иль Венецию в лучах заходящих,

Бесконечно рассказывать станешь

Сочиненную югом сказку.

И знакомым потом говоришь

Про заоблачные мирские красоты

По веленью,

Сошедшую с неба,

И подаренную тебе на всю жизнь.

 

*Опатия – город в Хорватии

 

     В приемном отделении больницы

 

Я в значимом месте,

Все люди как братья

И я этим людям как брат

Почти перелетный от края до края,

Хоть я не заразный совсем.

– Откуда вы, братья? –

Я тут вопрошаю,

Я вижу,

Что им хорошо,

А я,

Между прочим,

Такой же,

Но легче,

Хоть мне и лежать велено.

Я вверх возлежу

И открытое пузо,

Ведь так мне, по сути, видней,

Как я возлежу,

Точно вижу и слышу,

Но я от всего хоронюсь.

Мальчишки серьезней,

А девочки тише,

Корона свирепа ко всем,

А рыжего мальчика

Под белые ручки

И всем оттого хорошо.

Я тоже послушный,

С меня тоже спросы,

Открытых вопросов не счесть

И я вопрошаю,

За что мне такое,

И не получаю ответ.

 

     Одна

 

Вот девочка.

Она играет.

Ей скучно принципы делить:

Она – одна

И нет подружек,

С кем можно разделить печаль.

Ей можно поделить сомненья,

В одно все вывести

И лечь,

Иль раскачаться на качелях,

И чтоб до неба доставать.

Мгновенья, впрочем, пролетят,

Ей будет жизнь казаться лучше,

Когда придут ее подружки,

И можно будет поиграть.

 

     Вызов

 

Фиалкового цвета небо

И звездопад грозит волной,

Низвергнуться,

Чтоб бросить вызов

Межгалактическим устоям

За яркой звездной мишурой.

 

     Наши часы – наши надежды

 

Часы исполняли надежды,

В них верилось

И ждали их бой,

Их точность кружилась минутная

По кругу,

По кругу вперед.

А час завершался желаньями

И жаждали,

Чтобы они

В курантах отбились,

Означились

И новый начался бы круг.

Пока они делали круг,

Орлой* обнажился фигурами,

Которые время означили

Почасовой новизной.

В глазах заиграл циферблат

Кремлевских* башенных с боем

И им отвечал Бик-Бен* точностью многовековой.

Лишь комнатные часы

Слегка отрешились от времени

И стали считать часы

Вместе с моими сомненьями.

Они тоже жаждали час,

Когда состоится встреча

И завершится чем-то

В точно означенное время.

Мы вечно верим часам,

Секундная время торопит

И мы остаемся в строю

Вместе с отчаянным боем.

И те же надежды у нас

Они все в часах отражаются

И чаще своими победами

В жизни такой непростой.

Часы отбивают ритм,

Посматриваясь стремленьями в вечность

И мы торопимся жить

По их часовому времени.

 

*Орлой – часы на Старомесской площади в Праге.

*Часы на Спасской башне Кремля в Москве.

*Бик-Бен – часы на Трафальгардской площади в Лондоне.

 

     Проданная пепельница

 

Продали?

А что здесь такого?

Быть может она не нужна?

А как же бычки и окурки,

Которые клали в нее?

А может не стало страдальца,

Который курил и курил?

А может он взял

Да и бросил

И больше решил не курить?

Вопросы?

А где же ответы?

Зачем же решился продать?

Быть может, она перестала

Желанья других исполнять?

А может она дорогая

И выгодно взять и продать,

А деньги потратить на курево,

А вместо поставить посуду

Для, стало быть, этих окурков

Иль просто во что-то бросать?

 

Пока рассуждали и спорили,

Ее заменили на большую

И тем завершили спор.

 

     Под клекот орлиный

 

Под клекот орлиный

Стою на вершине,

Мне милое небо милей,

Хочу заручиться поддержкой орлиной

И в синее небо взлететь.

Что нужно для счастья,

Когда на равнине

Вприляг отдыхают стада,

А в парках детишки

Играют в ловитки

И жаждут победы себе.

Под клекот орлиный

В отместку стихиям

Летят молодые орлы

И там с облаками

Играют,

Играют,

Им надо постичь высоту.

Красивые птицы

И гордые птицы

Они над равниной кружат,

Чтоб цепко добычу

Своими когтями

И в небо с добычей взлететь.

 

     Пожелание бездомной собаки

 

Ты встань,

Сереброухая,

И чуточку полай,

Ты загадай заветное

И мяса каравай,

Про прочьи угощения,

Что так хотят иметь

Бездомные сородичи

От ближних гаражей.

Ты ждешь себе подарков,

Чтоб добрый сердцелюб

Тебе доставил праздник,

Когда внутри урчит,

И добрые детишки

Ему под стать спешат

Принесть тебе покушать

И подарить надежд.

Чтоб ты пригреться смог бы

Хотя бы в конуре

И чтобы от бездомности

Пришел к тебе покой.

И вкусные обеды желали бы тебе,

Чтоб праздник стал бы праздником

На празднике твоем.

 

     Журавль

 

Мне рассказали,

Знаю наизусть

Все журавлиные истории и тайны,

Я знаю как не хочется порою

На небо свою родину менять.

Пусть говорят –

Синица не с руки,

Мне хочется и значимей и больше,

И как же интересней выйти в клин,

Чем улетать бессмысленною стайкой.

Да, мне журавль правду рассказал,

Как выводил журавликов он в стаю

И как они летели из всех сил

Туда,

В края другие,

На удачу.

Да, это очень нужно журавлю,

Иначе потеряется

И сникнет,

Ведь в небе нету равных журавлю,

С которого его и воспевают.

Быть может его где-то ждет мечта,

И оставляя страны под крылами,

Он вечность за собою оставляет,

При этом оставаясь журавлем.

Я видел клин,

Он значим был и выше,

И я прощаясь с этим журавлем,

Порой не понимал,

Как можно в небе

Найти мечту,

Все за нее отдав.

А просто от полета мы берем

Исходное

И верим в свои звезды,

А звезды –

Это прежде высота,

С которой не хотим мы расставаться,

Пока летим за горы и моря.

 

     Я почти не грущу

 

Я не грущу,

Мне светло,

Они есть,

Они открыты мне в воспоминаньях:

Мои отец,

Мой сын,

Моя жена,

А рядом с ними бабушки и мама.

Мне радостно:

Они – моя родня,

И с ними я делюсь всем сокровенным,

И у меня находятся слова

Для каждого,

Кто в данный миг не рядом.

Мы вместе,

Мы гуляем,

Говорим,

И можно поделиться самым-самым,

И не бояться,

Что вдруг засмеют,

Они ж мои

И оттого отрадно.

Теперь я самый главный,

Я за них

И оттого за всех я отвечаю,

Но каждое мгновение и жизнь

Они от них,

Я этим им обязан,

А значит вместе с ними я живу.

 

     Солнцепение

 

А на солнышке

Светозаревом

В однотон колокольчик поет,

Он и от светла,

Он и до темна

Свою песню на волю ведет.

Ему кажется

Песнь заветная

Отыграет свое до конца,

Ну, а там,

Если вдруг не разбудится,

Значит кончится песенка та.

Не пророчествуй,

Солнце ясное –

Это тоже,

Что песня твоя,

Только более благозвучная,

Потому что на все времена.

Я на солнышке

Светозаревом

Тоже песнь для него заведу,

Может станется,

Может сложится,

Если сердцем ее запою.

Больше струн для нее перетянется,

К каждой струнке протянется луч

И ударит вовсю,

И затянется,

Это вам

Для души,

Для души.

Легкий наигрыш,

Светлый наигрыш,

Потому что без солнца не петь,

В светозаревом исполнении

Искрометная значится песнь.

 

     Понимание счастья

 

Представь себе:

Я счастьем порожден,

Я – не придуманный

И я по повеленью,

Судьба свое мне высказала вслух

И пожелала,

Чтоб я начал действо.

Что нужно,

Чтобы счастье подтвердить?

А для начала что-то надо сделать,

Ведь под лежачий камень не течет,

А значит он себе лежать останется

И сам собой не станет забавлять.

Для счастья нужно что-то совершить,

Чтобы оно предстало соучастным,

И если ты сумел чего достичь –

От этого и счастья прибавляется,

И ты не одинок в порывах чувств.

И хочется вскричать:

Сим-сим, я твой,

Открой дары,

Что только тем даются,

Кто сделал шаг

Навстречу бытию,

А там твое,

Что даришь ты для всех,

Поскольку счастье всеми обретается.

 

     Первый шаг

 

Он – первый,

Неотступный,

Он вперед,

Шаг сделан,

Он задуманный,

Осмысленный,

С ним очень просто двинуться вперед,

Поскольку на него всегда надеешься.

Да, страшно сделать самый первый шаг

И от избытка чувств порой не спрячешься,

Он – цель,

И если ее взять преодолеть,

То пред тобою все пути откроются,

Для преодоления которых сделан этот шаг.

 

     Сладкозвучная

 

А сладкозвучную я выведу наверх,

Чтоб повелеть ей быть отличнозвучной,

Чтоб пела на высокой ноте чувства

Мелодии,

Красивые как мир.

Играй же по велению души,

Чтоб открывало души и веления,

А это открывает настроения,

Которые неведомы другим.

И полилось,

И зазывало ввысь,

И отзывалось это в каждом сердце,

А пела так,

Что слушалось и пелось,

Как никогда не пелось до сих пор.

И можно говорить и говорить,

А можно петь,

Как ранее не пели…

А сладкозвучная звучала высшей мерой

И заставляла слушателей петь.

 

     Последняя картина

 

А темой были яркие цветы…

Их расписал художник… пред кончиной

И каждый лепесток сиял во тьме,

И радовался восхищенный зритель.

В них не было предела бытия,

В них жизнь жила,

Картина удивляла

Такими переливами души,

Что подвигала души к созиданью.

Пусть нет художника,

Но жив последний штрих,

Жива идея сильными цветами,

В которых жизнь воспета в ярких красках,

Как празднество,

В котором жизнь и жизнь.

 

     Осеннее веселье

 

А в святочном осеннем сарафане

Избыточно по улице идет

Дородная,

В осеннем одеянье

И святочные песенки поет.

А песни развеселые выходят

О нас,

О людях,

О таких живых,

Которым очень важно быть красивыми

В красивых одеяниях своих.

А в святочном осеннем сарафане

Она не одинокая идет,

А в окружении счастливого народа

Под песни разудалые его.

То там,

То здесь баян заводит ладно,

Гармоники им вторят всякий раз

И что-то шаловливое выводят

Задорные осенние мотивы,

Под тон которых песни зародятся

В тон сильным и красивым голосам.

 

Rado Laukar OÜ Solutions